Author: User-3

КОГПОБУ «Омутнинский колледж педагогики, экономики и права»

Живая память
(сочинения — эссе,
воспоминания о родственниках- очевидцах и участниках Великой Отечественной Войны)
75-летию Великой Победы
посвящается...

2020г.

Ардашев Юрий Семенович
(1938-2010 гг.), Отличник народного просвещения, преподаватель Омутнинского педагогического училища, офицер запаса, военрук. Известен самостоятельным поэтическим творчеством, публикациями в районной и областной печати, победитель творческих конкурсов.
«Светлая память»
Летели с грохотом снаряды,
Как камни со скалистых гор.
Мы эхо грозной канонады
С тревогой слышим до сих пор.
В прах превращала все живое
Лавина стали и огня,
Рвалась со скрежетом и воем,
Горела, плавилась броня.
Все свято родине служили,
Исполнив сталинский приказ,
Миллионы головы сложили,
От гибели спасая нас,
Они Европу защитили
От злой фашистской сатаны
И над Рейхстагом водрузили
Победный флаг своей страны.
Число живущих сократилось
За эту страшную войну.
А еще сколько не родилось?
Известно Богу одному.
Мы преклоняемся сегодня
Пред теми, кто в сырой земле,
Кто жить хотел в стране свободной,
Но пал от пуль, погиб в огне.
Боль притупляется с годами ‚
Но, память светлую храня,
Растут, посаженные нами,
В их честь березы, тополя.

Краснознаменный Омутнинский педагогический техникум
(Обращение к молодежи от Совета ветеранов педагогического труда, 2020г.)
Дорогие друзья!
90 лет назад, в 1930 г. был открыт Омутнинский педагогический техникум. Страна переходила на всеобщее начальное образование, а в 1939 г. совместно с техникумом появился учительский институт, который готовил кадры для 5-7 классов по физике, математике, русскому языку и литературе, открылось и историческое отделение. Институт действовал до 1954 года.
В 1941 г. Краснознаменный Омутнинский педагогический техникум (вторые и первые курсы) был переведен в Б. Холуницу, здание было отдано под госпиталь, а институт переведен в школу № 6, в Малаговскую часть. После Великой Отечественной войны в 1946 году, когда освободилось помещение, институт снова вернулся в родное здание. В начале 50-х годов был вновь создан техникум, который здравствует и по сей день.
Годы идут. Новые поколения проходят по жизни. Многие преподаватели техникума и института защищали нашу Родину в годы Великой Отечественной войны. Среди них: Казаринов Вениамин Васильевич - преподаватель истории, Кошкин Михаил Васильевич - преподаватель математики, Лапшин Василий Алексеевич - преподаватель истории, Раков Михаил Иванович - преподаватель физкультуры и военного дела, Кобичев - зав. кафедрой военного дела института, Рогачева Мария Васильевна - преподаватель педагогики, она была заживо распилена бандеровцами в конце войны. Все они отдали жизнь за свою Родину, смертью утверждали нашу с вами жизнь.
Многие выпускники института и техникума ушли на фронт: Кулаков Георгий, Веселков Сергей, Касаткин Сергей, Позмогов Владимир, Мышкин Василий, Целоусов Анатолий, Сидоров Михаил, Лихачев Михаил, Борисов Леонид, Кудашев Валентин, Пашин Андрей, Четвертных Иван, Ворончихин Петр, Плетенев Василий, Волосков Василий, Курушин Петр, Чежегов Михаил, Соболев Анатолий, Куликова Елена, Маятникова Тоня. Многие из них сложили свои головы в боях за Родину. С 3 курса «В» ушли все 12 мальчиков, Куликова Лена, Исупова Надя. Вернулись четверо: Лихачев, Кудашев, Плетенев, Исупова (Каптикова) Надежда Андреевна - Заслуженный учитель РСФСР.
После окончания войны многие преподаватели вернулись в родной институт. Савватеев Иван Григорьевич - завуч, а после войны директор института, Колбенев Александр Николаевич - преподаватель истории, Лир Владимир Александрович - преподаватель педагогики, последние годы работал в Ленинградском университете, Харестани Наталья Дмитриевна - его жена, преподаватель литературы и русского языка, Рябов Иона Маркович - преподаватель истории, Щербинин Геннадий Владимирович - директор, Кузовлева Софья Алексеевна - завуч педучилища, Киселева Мария Васильевна - преподаватель русского языка и литературы, Владыкин Василий Андреевич - преподаватель математики, Путятин Василий Степанович - преподаватель трудового обучения, Аревков Василий Григорьевич - директор, Щербинина Мария Васильевна, Парфенова Лидия Александровна - преподаватели биологии, Позерн Анастасия Алексеевна - преподаватель старославянского языка и литературы. Мы благодарны им за то, что они вкладывали в нас свою душу и хочется словами А.С. Пушкина выразить им нашу признательность:
«Наставникам, хранившим нашу юность,
Всем честью мертвым и живым,
К устам подняв признательную чашу,
Не помня зла, за благо воздадим!»

Опаленные войной, шли в институт и студенты, поменяв автомат на перо: Зайцев Евгений Васильевич, Волосков Александр Ильич, Козлов Петр, Тукмачев Леонид, Копылов Семен - на физмат; а Перминов Федор, Курдюков Кондрат, Лопухин Леонид, Панков Александр, Киселев Ефим, Наумов Леонид, Городилов Николай, Диканов Иван поступили на истфак. Они вернулись с фронта, чтобы освоить самую мирную профессию на земле - Учитель!
«…Столетий нити
Исчезнут в синей бездне звезд,
Но слово теплое - Учитель -
Всегда растрогает до слез,
Всегда заставит вспомнить что-то
Родное, близкое тебе.
В двадцатом веке и двухсотом
Учитель вечен на Земле».
«Сталинград»
Ю.Ардашев
(посвящается другу, С.И. Копылову)
Наш Сталинград красивый город
Стереть с земли приказ был дан.
Он для России мил и дорог,
А немцам был не по зубам.
Бой затянулся и надолго,
Дрожало все, тряслась земля,
Вода огнем горела в Волге,
Кипела‚ плавилась броня.
После фашистского налета
От пуль, осколков и огня
Лежат бойцы у пулеметов,
Рубеж настойчиво держа.
Казалось, мертвые вставали,
Чтоб повернуть врага назад.
На пули шли, в огне сгорали,
Врагу не сдали Сталинград!

Копылов Семен Иванович (1923-2007)
Летчик-фронтовик. Кавалер ордена Ленина (30.11.1966 г.), ордена Отечественной войны
I степени, награжден медалями; знаком «Отличник народного просвещения».
(фрагменты из воспоминаний жены, В.А. Копыловой, выпускницы Омутнинского учительского института, материалы 2010 г)
…Осталось еще сделать контрольный вылет на боевое задание. И так все дни и ночи. Грохот, взрывы, пожары, все это время горело небо, земля и Волга, так немцы разбомбили нефтехранилище. От усталости валились с ног. Фрицы старались бомбить и ночью! Врага не видно, а слышен вой падающих бомб и взрывы. Страшно!!!
Отступать было некуда, за Волгой не было для отступления Земли. «Ни шагу назад!» - приказ Страны. Воины перед знаменем клялись: «Драться до последнего дыхания!». С середины октября 1942 года стало еще тяжелей: с Кавказа к Паулюсу на помощь пришла танковая дивизия и в 8 местах немцы прорвались к Волге. Матрос Каплунов один подбил 8 танков, лег под девятый сам. Дивизия полковника Людникова 100 дней держала оборону завода «Красный Октябрь», баррикады и выход к переправе 628-ой нашей армии. Фашистам удалось отрезать, окружить дивизию (завод).
Наши летчики с воздуха бросали продовольствие, боеприпасы, медикаменты, но этого было мало: солдаты полуголодные сражались, получая по 25 гр. сухарей в сутки, по 10 гр. сахара, 15 гр. крупы и 30 патронов. Когда наши танки прорвали оборону фашистов: от дивизии осталось 500 полуголых, изможденных солдат и 150 раненых, их вывезли из окружения в госпиталь. Битва за Сталинград длилась 150 дней и ночей. 19 ноября 1942 г. началось наступление Юго-Западного, Донского Сталинградских фронтов. 23 ноября 1942 г. они соединились и окружили свыше 330 тыс. немцев из отборных войск: армии Паулюса и четвертой танковой армии. Не спасло и то, что Гитлер Паулюса объявил Генералиссимусом! 146 тысяч взято в плен. В боях уничтожено 184 тыс. немцев. Ко 2 февраля наши войска отошли от Сталинграда, где не было ни одного сохранившегося здания. Сейчас остался один разрушенный дом Павлова, чтобы потомки могли представить, что было на месте боев в городе. В июне 1943 года наша часть базировалась под Липецком, готовились к битве на Курской дуге. Во время бомбежки Семен Иванович получил контузию спины и ранение левой ноги (потом всегда прихрамывал), 3 месяца лежал в дивизионном госпитале, нельзя было перевозить. После ранения вернулся в свою часть. Обслуживал полеты дальней авиации на Берлин, Кёнигсберг, Ригу, Будапешт и другие владения немцев в Европе. Принимал участие в освобождении Польши. Страшное явление в концлагере Майданек видел своими глазами. Видавшие много ужасов войны, наши воины были свидетелями еще горящих печей концлагеря, бань, полных отравленных трупов. Видели горы молотой костной муки, крытые хранилища волос, из которых немцы делали матрасы, склады с выделанной человеческой кожей (из нее изготавливали прекрасные перчатки для балов и абажуры), запах горелого мяса и костей. Всего сожжено в Бухенвальде, Освенциме, Майданеке 11 миллионов людей. Вот тогда мы воочию убедились, что такое фашизм, и когда сейчас пытаются молодежь втянуть в отряды со свастикой, становится страшно за будущее поколение и судьбу страны.

Потом наша дивизия освобождала Чехословакию, Болгарию, Румынию, Прибалтику. В 1944 году Копылов Семен Иванович снова попал под бомбежку, лежал в госпитале. После окончания Великой Отечественной войны авиадивизия стояла в Польше почти год до марта с 1945-1946 г.г., а в конце марта 1946 года демобилизовался и поступил в Омутнинский учительский институт, который за год с отличием закончил. В июне 1947 г. поступил в Кировский педагогический институт и с отличием закончил в 1952 году. Предлагали зачислить в аспирантуру и работать в институте, но была уже семья, дом, работа, и отказался.
Его трудовой стаж:
1947-1948 г.г. - инспектор РОНО по детским домам
1948-1950 г.г. - директор Омутнинского детского дома леспромхоза
1950-1952 г.г. - зав. отделом пропаганды Райкома партии
с 13 июля 1952 г. - учитель математики средней школы № 1 по совместительству
с 1953 по 1978 г.г. - директор средней школы № 1
Выйдя на пенсию, проводил много бесед в школах, в ГПТУ, медучилище, педучилище, перед ветеранами и других учреждениях.
А когда уже ходить не мог, приходили дети целыми классами и внимательно слушали его сообщения.
И ПОМНИТ МИР СПАСЕННЫЙ
( 2010 год, материалы районной газеты «Наша жизнь»)
Русский капитан Немо
Его называли «русским капитаном Немо», «Народным героем», легендарным комбригом дизельных подлодок. Американцы нарекли его «пиратом» Саргассова моря, личным комбригом президента США Дж. Кеннеди.
Это все о капитане I ранга в отставке Виталии Наумовиче Агафонове, уроженце Вятки, выпускнике Омутнинского педагогического училища.
«После окончания Бельской семилетней школы Виталий Агафонов поступил в Омутнинский педагогический техникум, который окончил с красным дипломом в 1939 году. (В Омутнинском архиве эти данные сохранились). Сразу же после техникума Виталий добровольно ушел в армию. Всю свою последующую жизнь он связал с морем, - пишет о своем двоюродном брате Т.И. Смирнова, ветеран труда, проживающая в Омутнинске. - В годы Великой Отечественной войны он служил командиром на торпедном катере «ТК - 34». Кстати, о боях с фашистами на Черном море был создан фильм…».
В Великой Отечественной войне советским боевым кораблям, в том числе катерам, пришлось иметь дело с опытным и коварным врагом, который не один год воевал и накопил большой боевой опыт.

Советские военные моряки проявляли в морских боях высокое воинское мастерство, смелость, отвагу, бесстрашие в борьбе, действуя по принципу: «врагов не считают, их бьют».
Исключительно высокое мужество демонстрировали катерники во встречных боях. Особенность этого вида боя заключается, как известно, в том, что здесь обе стороны идут в наступление, и напряжение всех моральных и физических сил достигает наивысшего предела. Побеждает тот, у кого больше смелости и выдержки, упорства и настойчивости, у кого, наконец, крепче нервы. В конце войны нашим катерникам не раз приходилось вести встречный бой с кораблями противника. И всякий раз победа была на их стороне.
В 50-е годы Виталий окончил высшую военно-морскую академию в Ленинграде. В дальнейшем служил на различных океанах и морях. Самый ответственный долг перед Родиной он выполнил во время Карибского кризиса.
- Мир между Америкой и СССР в период «холодной войны» был сохранен. Заключительная роль в этом принадлежит и советским подлодкам во главе с командиром, нашим земляком Виталием Наумовиче Агафоновым.
В конце ХХ века по центральному телевидению шла передача «Как это было?». В одной из них выступал и В.Н. Агафонов. Спустя много лет, Виталий Наумович дал оценку тем простым событиям…».
Идет война «холодная», секретная война
Самой яростной, самой опасной схваткой советского и американского флота за все десятилетия «холодая война» была та, что разыгралась поздней осенью 1962 года. В ответ на морскую блокаду США Кубы Хрущев приказал бросать в Карибское море подводные лодки. В случае перехвата советских судов, они должны были нанести по американским кораблям удар из-под воды. Генсек и министр обороны были уверены, что в зону конфликта ушли атомные крейсера. Но единственный пока что на флоте ракетоносец К-19 находился после тяжелейшей аварии с реактором в ремонте. Выбор главкома пал на Четвертую эскадру дизельных подводных лодок в Полярном. А там нашли, что лучше всего к реальным боевым действиям готова 69-я бригада в составе больших торпедных субмарин: Б-4, Б-36, Б-59 и Б-130 - «букашек», как называли их моряки по литере «Буки».
Это была самая настоящая авантюра, выданная обстоятельствами почти что военного времени: направить подводные лодки, приспособленные к условиям Арктики в жаркие тропические моря. Все равно, что перебросить пингвинов на выживание в Африку. Еще ни одна советская субмарина не бороздила полное мрачных легенд Саргассово море, не форсировала забитые рифами проливы между Багамскими островами. Но самое главное, что и военная наша разведка не знала толком, какие ловушки противолодочной обороны США утоплены на случай большой войны. Никто не знал, сколько противолодочных авианосцев и других кораблей бросит Пентагон на поиски советских лодок. Шли в неведомое. Напрягало нервы и то, что впервые подводники брали с собой в дальний поход торпеды с ядерными зарядами.
В самый последний момент новоиспеченный контрадмирал, командир 60-й бригады, слег в госпиталь. Его военный опыт четко просчитывал: шансов на успех нет. И тогда флагманом почти что обреченной четверки назначили капитана I ранга Виталия Агафонова.
- «Есть!» - ответил Агафонов и командиру эскадры, и командующему Северным флотом на слова о «важном задании партии и правительства». На сборы в родном Полярном и расчеты с береговой базой начальство отпустило два часа.
Виталий Наумович Агафонов, спокойный, рассудительный и хваткий мужичок из вятских крестьян, доставил президенту Кеннеди, может быть, самую острую головную боль. Во всяком случае, много дней кряду американский президент сообщал по телевидению своему народу о ходе большой охоты за «красными октябрями».

Итак, были сборы недолги. И по-особому секретны. Никто, включая и командиров подлодок, не знал, конечной точки маршрута. Чтобы сохранить военную тайну похода, штурманам назначенных кораблей выдали комплект карт всего Мирового океана. Коммунистам приказали сдать партбилеты в политотдел. Лодки вывели из Полярного в глухую Сайду-губу, оцепленную тройной линией охраны.
«Вскрывать пакеты мы должны были только с выходом в море, а объявлять экипажам, куда и зачем идем - уже в океане», - вспоминал Агафонов. Задача у нас было не самая отчаянная: совершить скрытный переход через Атлантику и обосноваться в кубинском порту Мариель. Но, как говорится, гладко было на бумаге…».
И пошли корабельные лаги отсчитывать мили и моря - Баренцево, Норвежское, Исландское, Северная Атлантика, Саргассово… Их путь к берегам Америки был перекрыт противолодочными рубежами НАТО, приведенными в повышенную активность ввиду обострения отношений между США и СССР. Сначала проскользнули незамеченными через линию корабельных дозоров воздушных патрулей между самым северным мысом Европы Нордкап и норвежским островом Медвежий. Затем также скрытно форсировали Фареро-Исландский рубеж, контролируемый британским флагом и американскими самолетами, взлетавшими с Исландии. Наконец, вошли в просторы Атлантики и взяли курс на Бермудские острова, где их ждал самый главный противолодочный барьер.
Чтобы выдержать контрольные сроки, приходилось всплывать по ночам и наверстывать упущенное время под дизелями. Всплывать приходилось и для зарядки аккумуляторных батарей.
От Азорских островов повернули на Багамы. Резко потеплело. Температура забортной воды поднялась до +270. Начиналось новое истязание - духотой, пеклом. Жара, несмотря на исход октября, стояла несносная. Отсеки превратились в автоклавы, в которых плавились пайковый шоколад и пластиковые печати. Механизмы исходили маслом, люди - потом.
Приближался самый главный противолодочный рубеж - между островом Ньюфаундленд и Азорским архипелагом…Когда-то мореплаватели считали Саргассово море непроходимым из-за зарослей гигантских водорослей, цеплявшихся за днища кораблей. Американцы «осовременили» этот миф: вместо исполинских растений по морскому дну по морскому дну стелились тысячи километров кабелей, связывающих разбросанные по вершинам подводных пор гидрофоны-слухачи в единую оповестительную систему. Система «Цезарь» была приготовлена на случай большой войны в океане, и случай этот, посчитали американцы, наступил: систему освещения подводной обстановки ввели в боевой режим. Операторы береговых станций сразу же засекли технические шумы. Откуда Агафонов мог знать, что дальше его «букашки» подстерегают еще больше мощная и разветвленная система подводного целеуказания СОСУС? Стоило только на минуту поднять перископ, как радиометрист тут же докладывал о работе американских радаров, обозревавших поверхность океана. «Куда ни уйдешь - всюду тебя поджидают! - рассказывали бывшие сослуживцы Агафонова. - Даже стали думать, что в Главном штабе ВМФ засел шпион, который четко отслеживал все наши маневры».
Однако невидимый и неслышимый подводный соглядатай залег на дно Саргассова моря. Вот на его прозрачной во всех отношениях арене и разыгралась драма северофлотских подлодок. Драма, едва не ставшая трагедией… Советским подлодкам удалось выдержать несколько бомбежек. Взрывы были столь сильны, что гасли лампочки в отсеках. Вдумай-

тесь в этот расклад: на каждую агафоновскую подводную лодку приходилось по противолодочному авианосцу (40 самолетов и вертолетов) и свыше 50 кораблей, оснащенных изощренной поисковой электроникой. За всю историю мирового подводного флота никому и никогда не приходилось действовать во враждебных водах против такой армады противолодочных сил!
«А не было ли страха от осознания того, что на борту находится ядерное оружие?» - спросили на телепередаче Виталия Наумовича, на что он ответил: «Нет. Я хочу сказать, что вообще мы были воспитаны на опыте Великой Отечественной войны. И говорить о каком-нибудь страхе, нам было стыдно».
Предотвратили ядерную войну
Охота на русских стальных акул продолжалась больше месяца… В Полярный вернулись перед самым Новым годом. Встретили 69-ю бригаду хмуро. Из Москвы уже приехала комиссия Главного штаба с задачей: назначить виновных «за потери скрытности». Никто из проверяющих не хотел брать в толк ни обстоятельства похода, ни промахи московских штабистов, ни реальное соотношение сил. Лишь профессионалы понимали, какую беспрецедентную задачу выполнили экипажи четырех лодок: «Живыми не ждали!» - честно признавались они. Маршалы из министерства обороны и партийные боссы долго не могли уяснить, почему подводниками рано или поздно приходилось всплывать на поверхность. Долго пришлось пояснять, что ходили к Кубе на дизельных подводных лодках, а не на атомных.
Слава Богу, что у капитана I ранга Агафонова и его командиров хватило выдержки и ума, чтобы не стрелять по американским кораблям и не ввергнуть мир в ядерный апокалипсис. И главнокомандующий ВМФ СССР С. Горшков, перечеркнув проект разгромного приказа, начертал: «В тех условиях обстановки командирам ПЛ было виднее, как действовать…».
«Остановить нас могла только смерть»
Не склонный к пафосу и патетике Агафонов вывел эти слова в своих записках о походе также просто, как замечания о запасах топлива или температуре забортной воды. Тем убедительнее они звучат…Только одна лодка из всего отряда, та самая, на которой находился комбриг Агафонов, ни разу не показала свою рубку американцам. Конечно, ей тоже порядком досталось: и ее загоняли под воду на ночных зарядках самолеты, и по ее бортам хлестали взрывы глубинных гранит, и они метались, как зафлаженный волк, но военная ли удача, а пуще - опыт командиров уберегли ее от всплытия под конвоем…
Подготовила Мария Кулакова
P.S. Удалось выяснить, что после выхода в отставку наш земляк В.Н. Агафонов жил в Подмосковье. К сожалению, Виталия Наумовича уже нет в живых, об этом написал в блоге Александр Викторов, которому удалось взять интервью у В.Н. Агафонова в период подготовки документального фильма «Русская глубина»: «Виталий Наумович уже умер, не оставив мемуаров и воспоминаний…»

Плишкин Николай Петрович
Он умер, не отступив ни на метр
(материал подготовлен в 2015 году)
10 апреля в музей колледжа зашел Заслуженный металлург РФ Плишкин Николай Петрович. Цель его визита - посмотреть фотоальбомы периодов 1939-1942 годов, когда в учительском институте на историческом факультете учился его дядя, Плишкин Николай Павлович. К сожалению, фотографий его он не нашел, может быть потому, что выпуск был досрочный - шла война… Племянник принес документы, фотографии, письма с фронта своего близкого родственника, рассказал о нем.
Николай Павлович Плишкин родился в Кунгурском районе Пермской области в 1922 году. Учился в школе № 6 г. Омутнинска., после окончания в 1940 году поступил в Учительский институт. Поскольку семья жила в п. Белореченск, временно проживал в студенческом общежитии. Учился способный парнишка хорошо, был заводилой на курсе - бойко играл на баяне, сочинял частушки, рисовал маслом картины. В 1942 году его выпуск досрочно получил дипломы. И сразу же Николай поступает в Глазовское пехотное училище, после чего отправляется на фронт. Через год командир взвода, лейтенант артиллерийской разведки получил ранение. Вот что он писал родителям: «Многие бойцы уезжают на курсы «Выстрел». Я не пожелал, а зря. Мне не охота болтаться в тылу 4-6 месяцев. Хочется еще фрицев поуничтожать. На моем счету их маловато. А я должен все-таки отомстить за свою кровь, пролитую за Родину». Подлечившись, получил приказ прибыть на формирование дивизии в г. Татищев на южную излучину Дона на направление главного удара немецких войск. Несмотря на все усилия советских войск, массовый героизм бойцов и командиров, фашистские полчища рвались в глубь страны. Бойцы перед боями слушали приказы комиссаров: «Отступать дальше - значит загубить себя и вместе с тем нашу Родину…» 30 ноября 1943 года двадцатиоднолетний командир мин. роты 124 Гвард. стр. полка 41 Гвард. стр. дивизии Плишкин Н.П. погиб в бою.
Сам гость, Николай Петрович, учился в 60-годах школе № 1 г. Омутнинска, с теплотой вспомнил директора Копылова С.И., учителя физики Зайцева Е.В. - также выпускников учительского института, ветеранов войны. Я поблагодарила Николая Петровича за память, попросила его написать подробнее о своем родственнике-фронтовике, тем самым пополнив экспозицию военного периода в музее истории колледжа.
О. Патракова
Каптикова Надежда Андреевна
Фронтовая любовь
(материал из газеты прислан в Музей в 2010 году)
В Черной Холунице живет женщина, навсегда вписавшая свое имя в историю поселка. Это Надежда Андреевна Каптикова.
В 1941 году Надя Исупова окончила Омутнинске педучилище и, вернувшись, в поселок, устроилась на работу. В школу она должна была выйти с августовской учительской конференции. Но до августа отдыхать не пришлось: 22 июня началась война… Получив повестку, Надежда незамедлительно явилась в военный комиссариат. Но на фронт ее не взяли - ей не было еще восемнадцати лет. Н.А. Исупову зачислили в ряды Красной Армии весной 1942. Прибыв в Киров, проводница встретила двух знакомых чернохолуницких де-

вушек, и все трое оказались направлены учиться на радисток в г. Горький.
Изучение азбуки Морзе давались ей без особого труда. Этому способствовал замечательный слух: девушка умела играть на скрипке. К «ключу» и «вибре» она относилась, как к музыкальным инструментам. По окончании училища Надежда была направлена в Главное управление войск НКВД 3-го Белорусского фронта.
Через месяц была поставлена работать на передвижную радиостанцию, находясь в 15 км от линии фронта, радисты осуществляли связь между ведущими бои частями, аэродромами и Москвой.
В августе 1944-го Красная армия подошла к Днепру. Оказавшись недалеко от реки, Надежда с подругами захотела искупаться. Трудно представить себе, какой ужас они испытали, когда, выйдя на берег, увидели красную воду Днепра, и множество плывущих окровавленных тел. В слезах девушки бежали прочь.
За освобождение Смоленска Надежда в числе прочих была награждена медалью «За боевые заслуги». Потом была медаль «За взятие Кёнигсберга». В 1945 году радиостанции прикрепили к ремонтным бригадам, работавшим на восстановлении дороги Минск-Берлин.
Однажды в роту связи, где служила Надежда Андреевна, приехал генерал с проверкой. Все радисты роты сдавали экзамен. Прослушав работу старшины Исуповой, генерал в восторге сказал: «Я проехал много фронтов, но такой красивой передачи не встречал!». Очарованный музыкой азбуки Морзе, он наградил радистку почетным знаком «Отличный связист» и пригласил работать в Москву. Но Надежда осталась в полку: «Куда призвали, там и служить буду!». И тому была причина - любовь.
Работавшие на одной радиостанции, Надежда Исупова и Павел Ивченко, сразу же приглянулись друг другу. Павел всячески оберегал Надю, помогал ей. Они были постоянно вместе. Когда в 1944 году Ивченко ездил на месяц домой в отпуск, его сестра связала невесте брата пуховые перчатки и пригласила к себе в Омск. Потом была Великая Победа. Летом 1945-го в Литве, когда войска возвращались из Германии, перед ротой был объявлен приказ о вступлении в брак старшины Ивченко и старшины Исуповой. Павел пригласил Надежду поехать к его матери. Но, помня о своих старых родителях, 25 ноября 1945 года Надежда Андреевна вернулась домой в Черную Холуницу. «Если любит - приедет!» - решила она. С Павлом часто переписывались, и вот пришло письмо, в котором он говорил: «Проезжаю Киров. К тебе не заезжаю, не хочу в шинели». Так они больше и не встретились - он уехал на военные курсы. Тогда в одном из писем жена написала мужу: «Нам больше не свидеться - не пиши мне больше!».
2 июня 1946 года у Надежды родилась дочь Таня. Потом она вышла замуж второй раз - за Алексея Александровича Каптикова. Послевоенную жизнь посвятила детям. Работала учителем начальной школы. За добросовестный труд и любовь к детям в 1959 году была награждена медалью «Отличник народного просвещения», а спустя пять лет ей было присвоено звание «Заслуженный учитель школы РСФСР». Еще одно звание есть у Надежды Андреевны - «Мать-героиня». Она воспитала пятерых замечательных, талантливых детей. Татьяна, Любовь, Галина, Евгения, Александр получили высшее образование, живут сейчас в разных городах России. У Надежды Андреевны восемь внуков, два правнука. Остается пожелать Надежде Андреевне доброго здоровья и еще долгих-долгих лет жизни.
Денис Шабалин, г. Киров

Скорнякова Лидия Михайловна, ветеран труда
(автор статьи Христолюбова З.А., Отличник народного просвещения)
Скорнякова Лидия Михайловна родилась в 1926 году в Нолинском районе в многодетной семье. Начало Великой Отечественной войны помнит хорошо. Был праздник - гулянье после Троицы, когда объявили о нападении гитлеровской армии на нашу страну.
Через день пошли повестки. Отца в армию взяли не сразу. Средний брат работал учителем в Нолинском районе, его отправили учиться в г. Киров на лейтенанта. Старший брат служил в армии с 1939 года в Латвии, там его и застала война.
В 1941 году Лидия Михайловна закончила 7 классов, сразу пошла работать в колхоз разнорабочей. Работу выполняли всякую, молотили зерно, потом возили его в мешках в г. Уржум, пололи, работали летом на сенокосе. Глядя на старшего брата, Лидия Михайловна поехала учиться на учителя начальных классов в Нолинское педагогическое училище. Жили в общежитии, питались в столовой и дома. Мама привозила муку и отдавала знакомой женщине, чтобы она пекла хлеб. Летом собирали грибы, ягоды. Не голодали.
После окончания педучилища всех выпускников повезли учительствовать в Ленинградскую область. Ехали долго, через г. Тихвин, г. Волхов, ст. Мга. В окна вагонов видели остовы сгоревших домов, над которыми торчали печные трубы.
В Облоно распределили в Волховский район в д. Мурово. Вела уроки сразу в трех классах. В классе было 13 человек, в основном дети беженцев и местные.
Жилось нелегко, ведь действовала карточная система. Давали молоко, хлеб, картошку. Зарплата была 500 рублей. В Роно выдали капроновые чулки и кашемировое платье, в котором и проработала 2 года.
Помнит Лидия Михайловна, как приезжало начальство из Волхова и заставляли брать займ - покупать облигации, а кто держал скот - сдавали мясо, молоко, масло.
С войны не вернулся средний брат, он погиб около г. Ржева. Отец вернулся больным, потом прожил недолго. А старший брат и после войны некоторое время дослужился до звания подполковника и остался жить в г. Минске.
В Ленинградской области Лидия Михайловна отработала 2 года. В отпуске познакомилась с будущем мужем и продолжила работу в школе.
В 1956 году переехала с мужем в г. Омутнинск. В педагогическом училище работала на разных должностях. Пригодился красивый учительский почерк: трудилась то лаборантом педагогического кабинета, то читального зала, секретарем-машинисткой в приемной директора. В коллективе считали ее образцом добросовестности, ответственности и ценили труд секретаря также высоко, как и преподавательский.
При солидном возрасте Лидия Михайловна сохранила ясность ума, хорошую память, с ней приятно общаться. Она согласна с утверждением, что жизнь - это непрерывное движение. Живя в своем доме, делает все сама: носит дрова, топит печь, разгребает дорожку от снега. Весной выращивает рассаду, летом трудится на огороде. У Лидии Михайловны трое детей, которые при каждой возможности ее навещают и помогают вместе с внуками и правнуками. Скромная, доброжелательная, ветеран труда, гордится тем, что награждена медалями в честь Дня Победы.

Смагина Ирина Федоровна, Отличник просвещения РФ,
пишет о своих родственниках
Смагин Александр Николаевич (21.10.1907 - 1942)
(по воспоминаниям свекрови Евдокии Федоровны, жены)
Александр Николаевич родился в Малых Камерлятах Омутнинского района, Шумайловского сельсовета 21 октября 1907 г., но Евдокия Федоровна отмечала его день рождения 4 ноября в день рождения Казанской Божьей матери (по старому стилю). После женитьбы жил в деревне Бабкинской, потом в Залазне, откуда 30 августа 1941г. взят на фронт. В ту пору в семье было 2 сына - Вите около 5 лет, Володе - месяц. Прощание было очень тягостным, он долго целовал всех, плакал. Последнее письмо было 13 января 1943 г. Он пошел в разведку, готовились бои по прорыву фронта.
В письме пишет, что если останется жив, то будет писать безотказно, а если погибнет, то погибнет за Ленинград. Наказывал беречь сынов.
В извещении сказано, что красноармеец Смагин А.Н. пропал без вести в 1942 г. Товарищ его по фронту, оставшийся в живых, говорил, что Санька был очень смелым, удачливым разведчиком- не возвращался «без языка». В плен не попал, значит, погиб. Свекровь всегда говорила, что он выделялся из всех парней. У него был конь Орлик, так, возвращаясь домой, никогда не открывал ворота, а «брал штурмом», перемахнув через ограду.
Свекровь всю жизнь отмечала и день рождения, и гибели. И сейчас эта традиция сохраняется в семье сына Виктора Александровича Смагина.
Евдокия Федоровна (Бабкина) Смагина
(по воспоминаниям свекрови Евдокии Федоровны, жены)
Родилась в 1910 году в починке Бабкинский Омутнинского района. День рождения 8 февраля не признавала, отмечала всегда 14 февраля в день святой Евдокии (Авдотьи Плющихи). Для крестьян он был знаковым - каков день - таково и лето. Она знала много примет - важные для крестьянства, работ.
В 1927 г. вышла замуж за Смагина Александра Николаевича. Всю войну была бригадиром полеводческой бригады, так как имела «большую грамоту» - об окончании четырех классов. Она хорошо организовывала работу на полях, грамотно составляла сводки по выполненной работе, помогала счетоводу в отчетах. Вечерами органи-

зовывала учебу молодых работниц бригады в школе для взрослых. Хоть её дети, как и все в деревне, не доедали, отослала несколько посылок на фронт.
В колхозе пользовалась почетом, уважением, как неутомимая труженица, очень справедливая, не конфликтная, умеющая убедить.
Ее, как ударницу, выбирали в президиум на собраниях, посылали на съезды передовиков. За ударный труд в 1949 г. награждена медалью «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 г.г.».
Евдокия Федоровна была образцом, заботливой матерью не только для своих детей, но и для снох.
Поговори со мною, папа…
Я, Смагина Ирина Федоровна, 1942 г. рождения, не видела своего отца Марьинского Федора Савватеевича, 1902 г.р., он погиб, когда мне было 2 недели. До определенного возраста я не ощущала необходимости в своей жизни отца, так как в деревне ни один мужчина не вернулся с фронта войны. В детстве читала, в школе слышала о подвигах, наградах героев. А мама говорила: «Обидно до слез, что осталась одна боль от гибели нашего отца! Ни подвига, ни урока врагу не было, погиб в первой же атаке, не успев послать домой даже весточки».
В моих воспоминаниях будут присутствовать рассказы мамы, братьев, сестер, так как сама я тогда еще «пешком по стол ходила».
Извещение на фронт пришло в конце 1942 г., он был в Христофорове на лесозаготовках, едва передвигался. Как раз в деревне был фотограф, собиравшийся уезжать. Мама едва удалось уговорить сфотографироваться. Это фото единственное.
Едва отец уехал на фронт, как мама родила меня, седьмого ребенка. Мне две недели исполнилось, как пришло известие о гибели отца под Старой Руссой, д. Утушкино. Мама так растерялась, не зная, что делать. Она уходила на повить (где хранят сено над двором) и там в отчаянии «выла» так, что дети думали - там суседко пугает их. Потом соседки заставили детей успокаивать мать, иначе она заревется до смерти. Пришлось маме успокаиваться и браться за хозяйство. Мама всегда говорила, что кормила меня молоком со слезами на глазах и этим объясняла мою язву желудка и нервность.
Всю жизнь мама мечтала побывать на месте гибели отца и пришлось утешиться ей тем, что я привезла ей земельки с коллективного захоронения от памятника погибших у д. Утушкино и фото памятника, которое дали в военкомате г. Новгорода. Спасибо моей группе студентов, пожелавшей в зимние каникулы в 1989 г. по туристической путевке посетить Ленинград и
Новгород Великий. Из Новгорода на «перекладных» добралась я до чистого поля, бывшей д. Утушкино. Здесь было все покрыто белым снегом, природа в удивительном покое, казалось, что не было тут такого гибельного противостояния. Наконец, в стороне от дороги, вижу памятник и стройные ряды стилизованных могил. И вот увидела фамилию моего отца, прикрепленный к дереву венок, предусмотрительно купленный на рынке Старой Руссы. Представляю отца в военной форме по единственной фотографии, какая была дома…

И впервые защемило сердце, будто я утратила отца вот сейчас, а не в 42-ом…
«Папа, я, твоя дочь, ты не видел меня. А я знаю тебя по рассказам мамы, сестер. Ей было трудно, очень трудно воспитывать нас. Было все, и тяжелый труд, и голодное детство. Особенно запомнилась весна 1947 года. Мы посадили картошку, а когда мама ушла на работу, мы стали выкапывать клубни из земли. Хорошо соседки увидели, предупредили маму. Ходили просили милостыню, но не щедрым было подаяние: где-то заплесневелые корочки, где ничего. Всем жилось плохо. Собирали хвощ, клевер, траву, грибы, гнилую картошку, древесную пыль - «отработку короедов». Кормили и маму. Она часто говорила, что без нас умерла бы. Мы ей помогали, как могли. Выросли все достойными людьми: Ваня, Галина и я получили высшее образование. Саша стал видным строителем, почетным гражданином Ухты. Тяжелее всего досталось маме. Дважды мы могли потерять ее. Один раз она везла горючее для трактора по бездорожью, воз опрокинулся. Едва живая вернулась и потом удивлялась своей сметливости. Второй раз горела с овином, где сушила зерно. Едва вывалилась из горящего овина на мерзлую землю. Полгода лечилась в Лальской больнице, потом судили, но председатель взял вину на себя, так как он заставил сушить третью порцию подряд.
Знаешь, мы гордимся мамой. Она ведь могла выйти снова замуж, были претенденты на ее руку и сердце. А она мечтала встретиться с тобой на небесах! Мама наша - настоящая героиня, имеет две награды: медаль за доблестный труд в годы войны и медаль Материнства 1 степени. О ней можно сказать словами Маяковского:
«Гвозди бы делать из этих людей,
Не было б в мире крепче гвоздей!»
Спи спокойно, отец!
Раньше я мучилась мыслью, что сказать детям, внукам, раз ты бесславно погиб в войне, как и тысячи других. А теперь, когда нашу страну обвиняют в начале войны, а затем, что наши воины слишком медленно освобождали города Европы и концлагеря, хотят отнять нашу Победу, когда наша земля так щедро полита вашей кровью и твоей, отец, я знаю ответ.
Пока еще живы мы, дети войны, должны противостоять, бить во все колокола, что ты, отец, пролил кровь на своей земле, за наши жизни, защитить вынужденную твою гибель, отец. А вместе с тем защитить и нашу Победу. Так должны думать дети всех погибших и Героев и бесславных тоже Героев, раз делали общее дело.
Ардашева Зоя Афанасьевна,
Отличник народного просвещения РСФСР
Они хлебнули горя много,
Служили истине одной.
Все дети, посланные Богом,
На белый свет перед войной…
(Ю. Ардашев «Послевоенные дети»)
Войну не помню, так как мне было 4,8 года, когда она закончилась. Знаю только по рассказам и когда стала взрослой. Но очень четко помню страшный послевоенный голод, тогда все запасы уже иссякли, даже картошки на посадку не было. Помню, как все время хотелось есть, особенно в зимнее время. Это и были послевоенные голодные годы, которые запомнились на всю оставшуюся жизнь!

Отца никогда не видела, он ушел на действительную службу в армию в ноябре 1940 года, мне было 3 месяца, а брату моему 1,6 года..
В 1941 году началась война, отец так и не вернулся, до сих пор числится без вести пропавшим, хотя всей семьей мы его искали много лет. Мама в течение всей войны работала на лесозаготовках в 200 км от нашей деревни (все трудоспособное население, в основном женщины, было туда направлено).
А мы с братом выживали у бабушки. У нас была самая лучшая в мире бабушка Марина Федоровна! (мамина мама) Дед умер в середине войны от голода и непосильной работы, мне тогда было 2,6 года. Он почти всю пищу, предназначенную ему, отдавал нам, спасал нас с братом от голода. Мы это поняли только тогда, когда выросли. Бабушка нас учила всему. В 6-7 лет я уже умела косить, жать, пилить дрова, управлять лодкой, ловить рыбу. Бабушка учила распознавать луговые и полевые цветы, собирать лекарственные растения и те, которые шли в пищу - щавель, пиканы, крапиву, лебеду, клевер и т.д. Учила готовить чай из трав, собирать ягоды, грибы. Низкий ей поклон за все! Она умерла в 76 лет, когда у меня родился старший сын.
В детстве нам некогда было долго спать и играть тоже. С нас, 5-6 летних, спрашивали дома, как со взрослых. Мы были главными заготовителями пищи в течение всего лета. Поэтому летом мы меньше голодали, чем зимой. Я родилась и выросла в д. Бердыш Троицко-Печорского района Коми АССР (раньше этот была Пермская область). Дом наш стоял на высоком берегу красавицы Уньи, притоке полноводной р. Печоры. Река наша берет начало в предгорьях Урала, поэтому течение ее очень бурное, вода холодная, много порогов. Берега покрыты заливными лугами, которые сменяются, высоченными скалами, у нас их называют «камни».
Летом всех кормила эта река, точнее ее озера и старица (старое русло реки). На самой реке ловить рыбу было не по нашим силам. Весной, во время половодья, мы ее ловили «недотками» — это самотканое орудие лова по 2-3 метра длиной из грубых волокон конопли. Главным рыбаком, конечно же, была бабушка, а я ее пятилетняя, была помощница. Бабушка отлично управляла лодкой и всем процессом рыбалки. Во время удачного лова иногда за день привозили по полведра рыбы.
Мой семилетний брат ходил на охоту с дедушкиным ружьем. Идет такой охотник, а ружье волочится за ним по земле. Стрелок он был меткий, без добычи редко приходил. Охотился на озере, там скапливалось много уток.
А ранней весной, во время половодья и пролёта уток, бабушка его будила в 3-4
часа утра: «Ленька, вставай, утки летят». Он стрелял их прямо из раскрытого окна, а собака приносила добычу (наш дом стоял на высоком берегу реки, во время половодья она разливалась почти до дома).
Летом собирали много ягод и грибов. Природа в наших краях очень щедрая. По заливным лугам вдоль леса, целые заросли красной и черной смородины, малины, по угорам очень много земляники, на болотах морошка, голубика, брусника, клюква. А леса елово-сосново-лиственные с примесью кедра, богаты разнообразием грибов, особенно белых. Не ленивые летом, всегда были сыты, готовили грибы и ягоды впрок. С весны до осени по лугам собирали дикий лук. Его тоже использовали в пищу - варили, солили, пекли лепешки, ели сырым. Хлеб пекли из трав и пихты. Кору пихты сушили, размалывали на самодельных жерновах, получалась желтоватая мука, с виду довольно приличная, но хлеб из нее был горький. Нас, детей, заставляли его есть, убеждая в том, что без этого хлеба умрем с голоду и от болезней. Постоянно хотелось попробовать настоящего хлеба. Весной с бабушкой на колхозных полях рыли остатки картошки, за зиму она вся перегнивала, но мы ее брали, выжимали крахмал и его тоже клали в выпечку.

Очень хорошо помню весну 1945 года. В начале мая, мы как обычно с бабушкой, на колхозных полях копали гнилую картошку. Стояла тихая теплая солнечная погода! Над ними пролетала большая стая журавлей, устремляясь дальше на север. Бабушка мне и говорит: «Послушай, как курлычут журавли, совсем не жалобно, как раньше, а как-то по-особому, как будто нам говорят, что скоро конец войне». И, действительно, через несколько дней до нас дошла весть, что война закончилась. Бабушка как будто мне предсказала конец войны! Как же такое можно забыть!!! Мне было около 5 лет.
В своем хозяйстве у нас были куры и корова. Но всю продукцию сдавали государству, были непосильные сельскохозяйственные налоги. Копили масло, яйца, но сами не могли это есть. Приезжали уполномоченные с района и забирали все подчистую. Если не хватало продукции, то забирали и животных в счет сельскохозяйственного налога.
Еще нас, детей, летом кормили птицы кедровки. До революции, в конце нашей деревни, работал металлургический завод частного предпринимателя Лукьянова, он был из Пермской области. Доменные печи работали на местной железной руде, а
топливом служила древесина, благо лесов кругом море. Когда завод забросили, на этом месте долгие годы стояли его развалины, руины. Они и до сих пор есть. Это было излюбленным место игр для детей нескольких поколений нашей деревни. Возле завода, в конце деревни были горы древесного угля. В них птицы кедровки зарывали орехи, т.е. делали себе запасы. А весной мы смотрим, где взошел молодой кедр, разрывали уголь в том месте и находили там горсточку, а то и больше кедровых орешков, которые не успели еще взойти. Сейчас эти места уже давно поросли травой и деревьями.
Будучи взрослой, когда я приезжаю на свою малую Родину, всегда посещаю «долину» - так мы называли эти места.
После войны, вплоть да 50-х годов, жили очень плохо. Был изнуряющий голод, не было ни одежды, ни обуви. Детвора с весны до осени ходила босиком. Ноги нам по щиколотку намазывали березовым дегтем, так как они меньше трескались и болели. Бабушка моему брату для охоты сшила обувь. Она каким-то образом обрабатывала овчину, получалась грубая кожа. Мой брат назвал эту обувь «пирог» да «кулик» (типа ватрушки). До сих пор вспоминаем эти «бахилы» - зато ноги не ранились. Носил он их, пока не превращались в рухлядь.
Как только на пригорках появлялись первые проталины, мы, детвора, босиком пробирались туда по снегу, бегали, пока ноги чувствуют, а потом обратно по снегу до дома. И ведь не болели!!! Хорошо - родители это не видели, почти круглосуточно пропадали на работе в колхозе. За труд получали трудодни. В конце года на них выдавали зерно. В 1-ый класс я пошла почти в 9 лет, не было одежды и обуви. Зато в колхозе работала наравне со взрослыми. Лапти мы не носили, не знали такую обувь, наверно потому, что в наших местах не растет липа.

(пе

Круглова ВалентинаЛеонидовна,
Отличник народного просвещения РСФСР
Во время войны моя мама, Горева Ираида Ивановна, увезла меня в деревню к бабушке, Матрене Павловне. В городе остался мой старший брат Евгений. Ему нужно было закончить «восьмилетку» в г. Омутнинске. Чтобы он выжил в голодное время, мама отдала свои и мои продуктовые карточки ему.
В деревне мама работала на ферме. А меня, четырехлетнюю, привлекли к работе - возить навоз из конюшни от лошадей и коров на поле. На всю деревню остался один хромой мужчина, конюх, остальные призваны были на фронт. Коней тоже угнали, осталась только одна старая лошадь. Конюх нагружал короб навозом, который ставился на телегу, запряженную этой старой лошадью. Он ставил досочку, на которую садил меня. Давал в руки вожжи, чтобы проехать из
деревни на поле. Сам опережал воз, открывал деревенские ворота (иначе было не проехать), шел на поле меня встречать. Затем снимал меня с воза, ставил на землю и поворачивал короб на бок, чтобы навоз из телеги вывалился. Потом он разворачивал лошадь в направлении деревни, снова садил меня на досочку, давал в руки вожжи и опять опережал меня и встречал у ворот, снимал с телеги, снова накладывал в короб навоз. Вот так я помогала в деревне нашим женщинам, труженицам тыла.
Бабушка меня кормила хлебом, овощами из огорода (капуста, пареная репа, и свекла, картофелем и пр.). Я собирала пестики (полевой хвощ), кисленку, ягоды.
О Шулакове Иване Васильевиче прадедушке Шулеповой Ирины Александровны (секретаря директора колледжа), дедушке Малиненко Алевтины Николаевны (зав. библиотекой) пишет праправнук Шулепов Артем.
Спасибо деду за Победу,
За все военные года…
За то, что он за нашу землю
В атаку смело шёл всегда…
Великая Отечественная война – это страшное событие, которое задело практически каждую семью русского народа. Более 20 миллионов наших дедов, прадедов и других родственников погибли в то страшное время. Люди отдавали свои жизни, защищая нашу Родину. Многие не вернулись с фронта, но и среди мирного населения в семьях не дождались победы наши бабушки, прабабушки, тети. Многие из них голодали, трудились на фабриках и заводах по 14 часов, чтобы приблизить день Победы.
Не прошла война мимо и нашей семьи. Мой прапрадед Иван Васильевич Шулаков, потомственный металлург, ушел на фронт в мае 1943 года. Был ранен, лечился в госпитале, а после выздоровления снова был отправлен на фронт и воевал до самой

Победы. Мой прапрадедушка воевал на втором украинском фронте в 7-й гвардейской армии заместителем командира стрелкового батальона по политической части 17 гвардейской воздушно-десантной дивизии. За образцовое выполнение боевых заданий Командования на фронте и проявленные при этом доблесть, мужество и отвагу, он был награжден орденами Красной Звезды и Красного Знамени. У него также было много других наград и медалей. Среди них - медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 годы».
Моя прапрабабушка Антонина Николаевна Шулакова трудилась на Омутнинском мясокомбинате. На руках у нее было двое дочерей, родившихся до начала войны. Прабабушка мне рассказывала о том, с каким волнением и грустью вспоминала то тяжелое время. «Нас не бомбили, не стреляли, но было голодно и холодно. Садили и копали много картофеля, держали ко-
рову, заготавливали вручную дрова. Выжили только за счет своего домашнего хозяйства. Трудиться приходилось очень много. С огромным волнением ждали вестей с войны».
Прабабушка, которой на год окончания войны исполнилось всего 13 лет, рассказывала моей маме, как трудно им жилось все годы войны без своего отца, с какой радостью они встречали его с фронта.
К сожалению, мои прапрабабушка и прапрадедушка умерли задолго до того, как я появился на свет, но я горжусь тем, что у меня был такой прапрадедушка, который воевал на фронте и награжден орденами и медалями. Как и другие солдаты, воевавшие во время Великой Отечественной войны, он внес свой вклад в нашу победу над фашистами.
К великому сожалению, сейчас в газетах и по телевидению, часто приходится слышать суждения о том, что победа в Великой Отечественной войне должна была достаться Германии, что наши предки зря отдали свои жизни, защищая Советский Союз. Я так не считаю, так как мы ни на кого не нападали, а защищали свою независимость, свои семьи и свой дом. Фашисты считали, что единственной чистой расой являлись только арийцы, а все остальные должны быть истреблены. В фашистских концлагерях были замучены более 10 миллионов наших людей. И ничего хорошего нас не ждало, если бы победу не завоевали наши предки. Я всегда буду помнить о том, какой ценой завоевано мирное небо, под которым мы сейчас живем.
Спасибо деду за Победу От всех российских матерей… За то, что он во имя мира Собой закрыл чужих детей…

(пе

Андреева Вера Александровна (в октябре 2019 г. ей
исполнилось 93 года, проживает в Тверской области, г. Торопце)
Рассказ тёти о войне записала Патракова Ольга Ивановна (педагог-организатор)
Когда началась война, мы жили в Торопце. Нас было пятеро: мать с отцом и трое детей. С первых дней войны началась мобилизация мужчин на фронт, и наш отец попал в первую партию мобилизованных. Родных провожали семьями, было очень много слез. Я почему-то почувствовала, что отца своего больше не увижу… Он погиб на фронте.
Немцы приближались к Торопцу, с каждым днем все отчетливей были слышны удары дальнобойных орудий. В ночь на 29 августа фашисты обстреляли город. Били в основном по вокзалу и Дому культуры, так как это было самое высокое здание. Наверное, они думали, что там находится важное предприятие. Осколки, как град, отлетали от стен. Мы были в отчаянии, так как наш дом стоял рядом. Мы метались в поисках укрытий, и тут мать сквозь темноту увидела ожидающую соседей подводу. Это уезжала семья режиссера Дома культуры. Они взяли и нас, но на те-
легу позволили положить один рюкзак. Мать говорила, что нам бы только отъехать за город. Когда мы уже двинулись в путь, то в темноте увидели каких-то людей, что метались с мешками и коробками. Мы думали, что они ищут укрытия, но как потом оказалось, они грабили магазины и склады…Выехав из города, мы были подхвачены потоком беженцев и отступающих частей нашей армии. Двигались быстро, почти бежали, так как сзади напирал враг. Мы несколько раз делали попытки вырваться из этого потока, пробиться на обочину дороги. Мы хотели остаться, ведь нам не к кому было ехать. На вторые сутки мать увидела на обочине дороги своего односельчанина с лошадью. Он сопровождал скот вглубь страны и возвращался домой. Мать не выдержала - схватила рюкзак, сестру и меня за руки, крикнула брату, и мы, как обезумевшие, вырвались на обочину. Подошли к дяде Сереже, радуясь, что встретили своего человека. Но потом мать оглянулась и увидела, что брат пошел дальше. Она долго его звала, но он только махнул рукой... Вокруг было много беженцев, которые пешком не могли далеко уйти. Затем нам сообщили, чтобы все направлялись в деревню, где можно расположиться в школе. В каждый класс размещали по шесть-семь семей. Через несколько дней в школу пришел председатель колхоза - его из-за хромоты на фронт не взяли, и он продолжал управлять хозяйством. На полях стояли не убранные зерновые, и председатель позвал всех поработать в поле, сказав, что будет работа и детям. Он же пообещал, что все работающие будут получать обед.
Поля наполнились беженцами, женщины жали и вязали снопы, а дети собирали их и ставили в два ряда для просушки. На другой день возили снопы на гумно, там бригада их обмолачивала. А рядом шла линия фронта, над полями летали немецкие самолеты. Заслышав их воющие звуки, все падали на землю, прикрываясь снопами. В течение недели ближние поля были убраны. Зерна получилась целая гора. Председатель сказал, что все надо спрятать, а то немцы отберут на фураж. Для этого в лесу приготовили хранилище.И потянулась в лес вереница женщин и детей с мешками за плечами. Женщины несли по 30-40 кг, а дети, в зависимости от возраста, по 8-10 кг. Почва было болотистой, босые ноги в ссадинах и порезах утопали в грязи.

Женщины рвали свои юбки и кофты, чтобы перевязать раны на ногах… Несколько дней ушло, чтобы перенести зерно в лес. Коровы тоже были отправлены в лес в загоны. Потом стали копать картошку, ее после просушки зарывали в ямы, которые сравнивали с землей. Все работали дружно и безотказно, так как знали, что это нужно для Родины. А в первую весну после оккупации были засеяны поля, выпущен пастись скот и оказана помощь соседней деревне. Через три недели в деревню, где мы находились, въехали большие машины с немецкими солдатами. Поводом послужил неосторожный поступок нескольких женщин из деревни. Они, много слыша о немцах, захотели увидеть их воочию, и отправились к шоссейной дороге. Там, спрятавшись за деревьями, они и рассматривали проезжавших фашистов. Немцы тоже зорко всматривались в лес и заметили спрятавшихся людей. Начался шквальный обстрел, три женщины погибли, двум другим удалось спастись. И вот теперь фашисты пришли в деревню искать партизан. Они обшаривали каждый дом, забирали все, что понравится, резали свиней и телят. Наполнив машины продуктами, немцы собрались уезжать. С собой они забирали юношей 13-17 лет, якобы, для службы в немецкой армии. Матери плакали, удерживали своих сыновей, но фашисты били их по рукам прикладами. Потом всех наших мальчиков за деревней в лесу расстреляли, чтобы не было пополнения партизанских отрядов. Когда ребят хоронили, в деревне два дня стоял сплошной стон…Больше немцы в деревню не заглядывали. По орудийным раскатам мы чувствовали, что немцы продвинулись не очень далеко, наша армия упорно их сдерживала. Потом мы услышали первые вести о том, что наши перешли в наступление. Женщины потянулись к шоссейной дороге с продуктами, теплыми носками и варежками, чтобы встретить наших дорогих защитников. Вслед за нашей армией двинулись домой в Торопец и мы. 2 февраля мы стояли около дома своего, но узнать его не могли. Все было разграблено, разорено, но не немцами - там для них ничего привлекательного не было; мы увидели проделки мародеров… Двери и окна были раскрыты настежь, стекла выбиты, оторваны доски. От строительного материала, заготовленного для ремонта дома, ничего не осталось, а через двор и огород была проложена дорога на соседнюю улицу. Мы стояли в раздумье, не решаясь войти в дом. Когда же зашли, то увидели, что от всей мебели остались только железная кровать и стол на трех ножках. Чувствовалось, что соседи не одобрили наш отъезд. Некоторые говорили: «Они не коммунисты, нечего было бежать, никто их не гнал…». Но мы же, уехав, не сидели сложа руки!.. Одна соседка пригласила нас погреться, у нее мы и жили неделю. Потом мать нам говорит: «Дети, пойдемте обживать свой дом».Собрали кое-какие доски, заколотили окна, оставив по 1-2 звена для света, собрали щепок, истопили печь. Приближалась ночь, а лечь было не на что. В то время недалеко от нас расположилась на отдых воинская часть. Мать рассказала командиру части о нашем бедственном положении, и он приказал, чтобы нам выдали шинели, и еще нам дали две фуфайки. Так мы и спали: фуфайки под головы, на шинели ложились и ими одевались. В течение года согревали нас эти шинели. Делились с нами солдаты и своими скудными пайками…

Жизнь в Торопце после освобождения начала возрождаться, стали работать многие учреждения. Мать устроилась санитаркой в больницу. В городе открылся хлебный магазин, который торговал два часа, на большее хлеба не хватало. Очередь занимали вечером и стояли всю ночь. Я пошла в очередь, несмотря на протесты матери. К открытию магазина собралась большая толпа.
Когда двери открыли, поднялись шум и гам, меня так прижали, что казалось, остановилось дыхание. Одна женщина, вытащив меня из очереди, пообещала, что потом меня пропустят в другую дверь. Но никто на меня не обратил внимания, и я пошла домой, обливаясь слезами…
Все невзгоды той нелегкой жизни больно отражались на мне. Я не находила себе места, не выходила на улицу к ребятам, ни с кем не разговаривала, но школу посещала. Мне было четырнадцать лет. Мои подруги, соседки ходили в приличных платьях, пальто, а я надевала фуфайку. В том, что мы все потеряли, я готова была обвинить мать, если бы не видела, как она страдает, ведь ей было вдвойне тяжело: отец погиб, раненый брат лежал в госпитале. Мать отвела меня к врачам, которые лечили меня от нервного срыва. Я стала чувствовать себя получше, и мать повеселела…
А там и жизнь стала налаживаться. Вернулся с фронта брат - инвалидом в 21 год, но живой - ему дали группу и назначили пенсию, а нам с сестрой - пособие из военкомата. Закончив школу, я поступила в Великолукский пединститут, после его окончания работала в школе учителем русского языка и литературы, затем возглавляла райком профсоюза работников просвещения.
Я обращаюсь к молодому поколению: пожалуйста, знайте историю нашей многострадальной Родины. Помните, что война коснулась своим черным крылом каждой семьи. Уважайте людей старшего поколения, будьте к ним милосердны снисходительны. Это ради вашего счастья они выдержали тяготы и страдания, выпавшие на их долю.
Было трудно, но мы выжили!
Кулага Галина Александровна,
Отличник народного просвещения РСФСР
Студенты провели встречу поколений
(Белева Ирина, Борова Роза - студентки Д-32 группы («Дошкольное образование», 2019-2020 уч.г.)
В рамках областного месячника гражданско-патриотического воспитания, посвященного 75-летию Победы, студенты колледжа встретились с Галиной Александровной Кулага, ветераном педагогического труда, отличником народного просвещения, бессменным руководителем клуба «Кругозор». Она рассказала представителям молодого поколения о своем военном детстве.
Что такое голод
«Помню войну с четырех лет. Просницкий вокзал маленький, наш домик рядом. Постоянно шли составы с солдатами, сидевшими на платформах, свесивши ноги,

вперемежку - вагоны с лошадьми, - вспоминает Галина Александровна. - Бабушка окно откроет, поставит бочонок с квасом, кружку, положит огурцы, картошку, чтобы воины могли поесть и попить. Ее сын (мой дядя) был на фронте. Она говорила: «Кто-то и моего Иванку покормит». Иван служил в артиллерии, пехоте. Дважды на него приходили похоронки, а он в это время был в госпитале. Родители не разрешали бегать на вокзал, но нас не остановишь. Глядя на нас, солдаты вспоминали своих детей, давали нам то кусок хлеба, то сахар, однажды - банку варенья из свеклы.
Нашу семью перевели в Молотовск (Нолинск), отца - в Москву. Мы остались одни. Мама работала в банке, получала продовольственную карточку госслужащего, нам давали половинную, а бабушке не давали совсем. И мы узнали, что такое голод. Чтобы выжить, надо посадить огород, а у нас нет ничего. Собирали ростки картофеля на улице и высаживали. Младшая сестра «таяла» на глазах.
Я с заварочным чайником ходила в детскую консультацию за похлебкой, чуть забеленной молоком, с полусваренным овсом. Принесу чайник домой, бабушка согреет, процедит, оторвет кожурки, а из зерна еще кашу сварит для сестры. Меня отправили в детсад, но я там пробыла мало. Кормили гороховым супом с двумя горошинами да тыквой, которую мы приносили сами. Вместе с бабушкой собирали пестики, лебеду, крапиву. Приходилось очистки из помойки выбирать. В войну зелени наелись так, что вкус травяных лепешек до сих пор в горле. Порой просила: «Дайте хлебушка, иначе умирать буду».
Про Победу
В конце войны отца и нас вместе с ним перевели в Брест-Литовск. Фронт находился в трех километрах от него. Добирались в воинском эшелоне месяц. После Москвы все пути разбиты. Рельсы кладут - едем дальше. В Минске состав разгромили, все залегли в развалины, вагон сгорел. Жили в квартире одного из поляков. Я впервые увидела фрукты, которые можно было сорвать и есть. На рынке было все, родители получали зарплату. Нас с Элей стали откармливать. Давали американские пайки: яичный порошок, сгущенку, икру, сок. Бабушка обзавелась хозяйством: поросенком, курами. Стали жить совсем по-другому. Но где-то вокруг блиндажи с мертвыми, окопы. Нам не разрешали туда ходить, кругом гранаты, патроны, мины. Один мальчик подорвался так, что и хоронить было нечего.
Каждую ночь в городе свирепствовали диверсанты, вырезали офицерские семьи, поджигали дома. Воздушные налеты пережидали в убежищах, но все равно были жертвы.
В День Победы родители пришли с работы в 2 часа ночи. А под утро раздались крики, стрельба, все выскочили во двор, слышим: «Победа!» Люди смеются, плачут. Вернулся с войны мой дядя Иван Васильевич Перетягин, награжденный медалями «За взятие Будапешта», «За боевые заслуги», двумя орденами Красной Звезды, орденом Отечественной войны. Моего отца Александра Ефимовича Беляева наградили орденом Красной Звезды, юбилейными медалями. Эти награды храню. Вернулся с фронта кавалером трех орденов Славы и брат моего мужа, который в военкомате прибавил себе год, чтобы идти воевать. Благодаря всем им, их поколению, Россия и существует.

Кипарисова Анна Васильевна
прабабушка Булдаковых Михаила и Евгения (выпускников
Омутнинского колледжа 2014 года)
У Анны Васильевны есть две дочери, шесть внуков и так много правнуков, что она сама сбилась со счета. Все ее родные живут в Омутнинске и гордятся своей бабушкой-фронтовичкой. Одними из правнуков оказались и наши выпускники 2014 года- братья-близнецы Булдаковы Михаил и Евгений. Обучаясь в колледже по специальности «Прикладная информатика», они часто навещали легендарную родственницу, помогали прибраться, сходить в магазин, да и просто пообщаться.
В каждом доме героев на столе находятся альбомы с военными фотографиями, на видном месте парадные костюмы с орденами и медалями. А если здоровье позволит, они вновь примут участие в праздничных меро-
приятиях, а за поздравления они сердечно поблагодарят. Вот в 2013 г., накануне Для Победы, педагог-организатор Патракова О.И. и пригласила Анну Васильевну в колледж на встречу со студентами.
Анна Васильевна Кипарисова – одна из немногих, которая хорошо помнит лихие годы и очень эмоционально рассказывает о том, как сидели в болотах Карелии, окруженных немцами, как, будучи радисткой, передавала информацию о вражеских формированиях.
Родилась Анна в деревне Вологодской области в 1925 году и перед войной закончила семилетку. Дальнейшая учеба требована денег и поэтому пришлось работать. В 1942 году, когда девушке исполнилось 17 лет, она по линии райкома комсомола добровольно отправилась в армию. Сначала был курс молодого бойца в Архангельской области. Здесь девушек учили стрелять из автомата, пулемета, винтовки, маскироваться, ползать по-пластунски.
Как-то раз всем девушкам скомандовали спрятаться. А место было ровное с валунами и пригорок. Все девушки ушли за пригорок, а Анна спряталась под тем валуном, на котором сидели командиры. Все получилось так, что ее никто не заметил. Уже всех нашли, а ее не могли обнаружить до тех пор, пока девушка сама не вышла к ним. Когда учеба закончилась, девушек повезли под Ленинград, и здесь на станции Бологое они побывали на могиле партизанки Лизы Чайкиной. Тогда Анна впервые попала под бомбежку. «Все выбежали из вагона и побежали, а я легла под последний вагон, – рассказывает Анна Васильевна, – думала, если поезд пойдет, то я выскочу, а что будет за поездом – увижу».
Службу пришлось нести в тех местах, где разворачивалось действие фильма «А зори здесь тихие». Сначала вместе с боевыми подругами она охраняла Беломорско-

Балтийский канал, а потом аэродром. За то время, что она несла службу на аэродроме, девушка научилась определять самолеты по гудению моторов. «Немцы очень боялись нашего самолета «Ил-штурмовик», – вспоминает фронтовичка. Но фронт продвигался вперед, и девушки шли за ним, охраняя военные объекты, часто даже не зная, что они охраняют. Город Великие Луки поразил Анну тем, что от него почти не осталось ничего, только трубы торчали, и жить там было негде. В этом городе пришлось охранять сарай, где был устроен склад оружия. Тогда Анну поразил один случай, когда ее подруга убила своего офицера, который не ответил на ее команду «Стой! Кто идет?». А перед этим тот самый офицер сказал другу, что девчонки – это ненастоящая охрана, и он сейчас снимет ее с поста. Та девушка тогда не спала всю ночь, переживая смерть офицера. Но потом перед строем ее поблагодарили за службу, поскольку она выполнила приказ, никого не подпускать к объекту.
Еще Анна помнит о том, как у одной из девушек украли рацию, которую выдали им для службы. После этого случая эту девушку Анна больше не видела. Ходили слухи, что ее забрали то ли в штрафбат, то ли еще куда. Однажды похожий случай произошел и с самой Анной. Она несла службу, как вдруг налетел немецкий самолет и стал бомбить. Самолет сбили наши зенитчики, но Анну хотели наказать за то, что поздно сообщила о самолете. Но, все же, выяснилось, что географическое расположение ее поста не позволило услышать приближение самолета раньше, чем она это сделала. Но пришлось пережить допросы и черную машину, в которой ее увезли на допрос.
Война, войной, а отдых был и там. Вспоминает Анна Васильевна и концерты московских артистов, и танцы под гармонь. Фронтовой путь Анна Васильевна завершила в Германии.
После войны вышла замуж и жила около 20 лет в Латвии, где также было страшно. Тогда бандиты сожгли дом у свекрови, убивали тех, кто работал на Советскую власть. Уже в 60-х годах Анна Васильевна перебралась в Омутнинск, работала в торговле, а перед пенсией – бухгалтером в автошколе.
Анна Васильевна за свой героический военный путь награждена многими медалями и орденами, один из них- Орден Отечественной войны II степени. Она мечтала дожить до 90 лет, и её мечта сбылась. Но время неумолимо- в 2018 году многочисленные родственники, ветеранская организация, администрация города Омутнинска проводили её в последний путь. А мы, молодежь, должны помнить и гордиться такими необыкновенными женщинами!

Корякина Раиса Савельевна,
(мама Коломийцевой Е.Л (заведующей практикой)
(автор статьи студентка Ю-34 группы «Правоохранительная деятельность» Кандакова Юлия)
8 февраля 2016 года в музее истории колледжа состоялась встреча студентов группы Ю-34 (классный руководитель Коломийцева Е.Л.) с Ветераном труда, труженицей тыла Великой Отечественной войны Корякиной Раисой Савельевной. Ее рассказ окунул нас в жизнь города Омутнинска и детей в военный период. 22 июня был теплый и солнечный день. По радио голос Левитана сообщил, что будет передано важное правительственное сообщение. Так горожане узнали о том, что началась война. У всех была уверенность, что эта война ненадолго, но получилось совсем по-другому…
Начались военные трудовые будни. Мужчины работали на заводе, рабочий день длился по 12 часов. Женщины валили лес в делянках, пилили, отправляли в город, обеспечивая работу печей на заводе. Школьники, выстроившись в цепочку, разгружали платформы с поступившими дровами. После такой работы «руки ходили ходуном», наваливалась усталость, а нуж
но еще было идти в школу на уроки и писать. Было очень голодно, питались в основном хлебом, который выдавался по карточкам и овощами, выращенными на огородах. Утерянные карточки не восстанавливались. Учились ребята в три смены. Вместо чернил разводили синьку, учителя исправляли ошибки свекольным соком. Из-за нехватки тетрадей писали, кто, на чем мог – обоях, газетах. Весной школьников отправляли на овощную базу, где они выбирали из гнили картофель на посадку. О резиновых перчатках тогда не было и речи. Очень мерзли руки. Осенью убирали урожай. Когда стали привозить раненых, ребята ставили для них концерты, писали письма за тех, кто не мог это сделать сам, читали сводки с фронта, просто общались. Несмотря на все тяготы, не было ни малейших сомнений в победе советского народа. Молодые люди всегда были в курсе военных действий: читали газеты, смотрели в кинотеатре киноролики «Вести с фронтов», слушали сообщения по радио. И хотя день 9 Мая был пасмурный, моросил дождь, но на улицах царила радостная атмосфера. Люди обнимали друг друга, поздравляя с Победой!
Мы считаем, что такие встречи очень важны для нашего поколения. Это «живая история», которой, к сожалению, мало уделяется внимания в современных учебниках. Людей, переживших войну, становится все меньше и меньше. Раиса Савельевна закончила встречу такими словами: «Главное, чтобы был мир на земле, а все остальное можно пережить. Для нашего военного поколения это не пустые слова, мы через это прошли.»

Ветеран педагогического труда, Орлова Екатерина Сергеевна, принесла в музей истории колледжа письма выпускниц Омутнинского учительского института –
мамы Нины Григорьевны и её сестры -погодки-
Веры Григорьевны.
Перминова (Денисова) Нина Григорьевна
(Омутнинский учительский институт, литературный факультет,
Родилась в 1925 году. В 1940 году закончила 7 классов Омутнинской средней школы № 1. Осенью 1940 г., в связи с выходом Постановления правительства о платном обучении в старших классах, была вынуждена из 8 класса перейти в педучилище на 1-ый курс. Педучилище в то время размещалось в здании школы № 2. В июне 1941 г. началась Великая Отечественная война. Педучилище перевели в Шабалинский район, с. Ленинское. Учительский институт находился в своем здании. Многие выпускники школ ушли на фронт. Учиться было некому. И тогда на 1-ый курс учительского института приняли всех, кто подал заявление о приеме, без экзаменов. Так приняли и меня после окончания 1-го курса педучилища. Война делала свое страшное дело. В городе все школы, Дворец культуры, институт были заняты под госпитали. Учительский
институт разместился в здании школы № 6 по ул. Ленина. В начале учились в з-ю смену, а потом институту выделили крыло полностью, выходящее на ул. Октябрьскую. К этому времени прибыл эвакуированный из Гомеля педагогический институт. И вот в такой тесноте разместилось все оборудование двух институтов. Столовая размещалась в здании бывшего Дома пионеров (ул. Калинина).
Были замечательные преподаватели: Малышев М.П. - директор института, весной 1943 г. его сменил Стальмаков Б.П. Лебедев Геннадий Иванович вёл предмет- «Русская литература», Позерн Анастасия Станиславовна - «Современный русский язык» и другие.
Было холодно, голодно, но учились, старались.
В 1943 г. закончила литературный факультет учительского института. В 1943 - 1944 г. - работала в Песковской средней школе № 6 преподавателем русского языка и литературы в 5 классе. С марта 1944 г. по 1959 г. трудилась в районной библиотеке. С 1950 г. - 1956 г. – работала в библиотеке учительского института.
В это время закончила заочно Ленинградский Государственный библиотечный институт им. Н.К. Крупской, преподавала географию в училище.
С 1956 г. продолжила трудовой путь в детской библиотеке. И хотя с 1980 года находилась на пенсии, еще два года (с 1993 по 1995), проработала в библиотеке
школы рабочей молодежи г. Омутнинска.

Самоукова (Денисова) Вера Григорьевна
(Омутнинский учительский институт, физико-математический факультет,
выпуск 1943). Письмо написано в марте 1995г.
22 июня 1941 г. началась Великая Отечественная война. Я закончила 9 класс. В это время в институте стал большой недобор, и тогда стали принимать студентов после 9 класса и даже 8 класса, которые не имели троек. Мои родители посоветовали пойти учиться в институт. Мама тогда сказала, что неизвестно, когда закончится война, а у тебя все же будет специальность. Так я стала студенткой. В Омутнинск был эвакуирован Гомельский институт вместе с оборудованием, библиотекой, преподавателями. Мы учились тогда в здании школы № 6 в третью смену. Было нелегко, на последних уроках хотелось спать. На следующий год от школы было отделено целое крыло здания и тогда мы уже учились более в нормальных условиях, в одну смену. Из пре-
подавателей помню хорошо Свешникову Нину Константинову. Она была очень душевным человеком, на ее лице всегда светилась улыбка. Под статьей был и Комлик Генрих Александрович. А вот над Лазаревым мы всегда подсмеивались, может потому, что он ничего сам не объяснял, а читал все по книге, изданную им самим, а мы только следили по книге. По молодости своей мы тогда не понимали его заслуг.
О Сильванском и Колбе я могу только сказать, что мне запомнились их голоса и манера держаться. Колб всегда говорил тихо, приглушенным голосом, а у Сильванского каждое слово было, словно отточенное, и он все время ходил взад и вперед перед кафедрой.
Наша группа была очень маленькой и дружной. Особых развлечений не было. Иногда были вечера. Хорошо помню наше увлечение игрой во флирт. Мы часто оставались для этого после уроков.
Наш выпуск тогда был Всесоюзный. Были направления в Калининскую и Тульскую области, а оттуда в г. Белёв. Но фронт тогда был не более 100 км от Белёва. В городе все было разрушено, не было и мирного населения. Зав. РОНО не принял нас и дал нам обратные командировки. Я вернулась в Омутнинск, здесь я стала работать в первой школе, вела математику и физику в 5-8 классах и проработала 33 года, а затем ушла на выслугу по состоянию здоровья.

Мой родственник - ГЕРОЙ – ТАНКИСТ
(из семейного архива о Петре Егоровиче Русских, автор статьи Панькина Кристина—Д-32 группа, специальность «Дошкольное образование, 2019-2020 гг)
Около трех тысяч воинов-омутнинцев за годы Великой Отечественной войны награждены орденами и медалями. А шестерым, самым храбрым и отважным, присвоено звание Героя Советского Союза. Среди них Петр Егорович Русских.
Я расскажу о нем, моем родственнике, брате прадеда. Небольшого роста, коренастый, скромный, не очень разговорчивый человек, Петр Егорович всю Отечественную войну был механиком- водителем танка Т-34.
Родился он в 1921 году в г. Глазове Удмуртской АССР. Там же учился в начальной школе. В 1934 году семья переехала на лесоучасток «74-й километр» лесного отдела Омутнинского металлургического завода (сейчас поселок Белореченск). Там Петр Русских, 15 летний паренек, стал грузчиком леса на железнодорожные составы. В 1938 году окончил курсы шоферов.
В 1939 году Петр Егорович был призван в Красную Армию. Служил в г. Минске. Там и застала его Великая Отечественная война.
После окончания танковой школы механик-водитель «тридцатьчетверки» П.Е. Русских в составе 1-го батальона 3-й танковой Новгород-Волынской Краснознаменной, ордена Суворова бригады принимал участие во многих боях на Западном и 1-м Украинском фронтах, в форсировании рек Одер, Нейсе и Шпрее.
Особый героизм старшина Русских проявил в боях в Восточной Пруссии.
Март 1945 года. Идут ожесточенные бои в районе Наумберг. На подступах к нему вражеская полоса противотанковых рвов. Сильный заградительный огонь гитлеровской артиллерии не дает возможности советским пехотинцам продвигаться вперед, с ходу взять город. Пехотинцы подразделения залегли.
А задачу надо во что бы то ни стало выполнить. Как? И командир танкового батальона капитан Новиков решает: скрытно ворваться на танке в тыл вражеской артбатареи и раздавить ее. Выполнение задания поручается лучшему водителю-механику «тридцатьчетверки» старшине Русских.
Не впервые было Петру выполнять такие ответственные боевые задачи. И сейчас он смело повел свою машину вперед. Преодолевая укрытие за укрытием, лощины, через не распустившиеся еще сады, мимо разрушенных домов и сараев гнал Русских свой «Т-34» в тыл немецкой батареи. И маневр удался. Внезапное появление русской «тридцатьчетверки» оказалось для вражеских артиллеристов неожиданным. Они растерялись и успели произвести только один выстрел из поспешно развернутого оружия. Снаряд угодил в башню танка, но броня могучей машины выдержала удар. Русских стремительно ведет машину вперед, врывается в противотанковый ров и гусеницами давит орудия гитлеровской артбатареи. Развернувшись, Петр вывел «Т-34» наверх и еще раз проутюжил позицию батареи, уничтожая оставшихся в живых фашистов. Задача была выполнена - путь к городу пехоте был открыт.
В те мартовские дни 1945 года жестокими были бои и за город Губен. Наступаю-

щие подразделения наших войск на одном из участков наткнулись на плотный огонь вражеской батареи. Обойти ее с флангов не было возможности. Тогда Петр Русских решается на дерзкий шаг. Он на предельной скорости повел свой танк прямо на зенитную пушку гитлеровцев, которая, выпуская снаряд за снарядом, пыталась его остановить. Но храбрый воин-танкист, умело маневрируя, меняя курс, подминает вражескую зенитку с прислугой под гусеницы машины.
Два дня длилось яростное сражение за город. В одной из контратак старшину Русских контузило. Но, придя в себя, продолжал бой. А он уже шел в центре города. Петр, выжимая всю мощь из машины, давит гусеницами все, что под них попадалось. Вражеские снаряды бьют по танку со всех сторон. Один из них зажег машину. Презирая смерть, Петр Русских открыл люк и включил предельную скорость. Пылающий танк рванулся вперед. Тугие потоки воздуха сбили пламя.
В бою за Губен П.Е. Русских уничтожил десять огневых точек, три орудия, сотни гитлеровцев. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 июня 1945 года Петру Егоровичу было присовено звание Героя Советского Союза. А до этого он был награжден орденами Красной Звезды, Славы 3-й степени, двумя медалями «За отвагу», польским орденом «За храбрость», многими другими медалями.
По-геройски, через все испытания, до самого конца войны прошел фронтовые дороги отважный воин-танкист Петр Егорович Русских. В июле 1947 года он был уволен в запас. Приехал домой и работал водителем мотовоза на лесоучастке «74-й километр» лесного отдела Омутнинского металлургического завода. Женился. В мае 1949 года герой-танкист, коммунист, передовой лесозаготовитель, Петр Егорович скоропостижно скончался.
Но мы в нашей семье по ставшей доброй традиции вспоминаем о нем не только в день рождения, но и в сентябре, накануне Дня танкистов, и очень гордимся, что он был такой выдающийся человек.
Большаков Виталий Сосипатрович
(двоюродный дед Большаковой Марии - группа Ф-43, специальность «Физическая культура», 2019-2020 уч.г)
Родился 3 сентября 1926 года. Последние годы жизни жил с сыном в Подмосковье. Умер 31 декабря 2015 года.
О дне 22 июня 1941 года и дальнейших событиях, рассказ идет от лица очевидца.
Мне уже шёл пятнадцатый год. Пахал паровое поле. На обед выпряг из плуга лошадь, тут нам и сообщили – началась война с Германией. Мужики собрались вместе, обсуждали известие. По их мнению, война не должна продлиться долго. Но все понимали – она будет трудной.
В 1944 году Вохомский военный комиссариат призвал на фронт и меня. Попал на Висловский плацдарм стрелком. С этого плацдарма начал наступать в третьем эшелоне. Первая линия наступающая, вторая поддержки, третья меняет убывших. Тут я принял первое боевое крещение. Первая линия выбила врага с занятых позиций, вторая пришла на подкрепление. Мы уже шли как бы с зачисткой. Под Варшавой освободили концентрационный лагерь. Мы с ужасом

смотрели на наших измученных пленных. Для их уничтожения работало 12 электропечей. Видел кипы напрессованных пленных человеческих волос…
После освобождения Польши награжден медалью " За освобождение Варшавы".
После Польши двинулся в фашистское логово, освобождал Франкфурт- на- Одере. На Одере немного сделали передышку.
Потом пришли в Берлин, защищая который, немцы открыли шлюзы на Шпрее. Наступать пришлось по колено в воде.
Взорвали дамбу и затопили низкие места, за что был награжден медалью " За взятие Берлина" и медаль " За отвагу", за проявленное мужество и отвагу в бою. Когда был взят Берлин, наш полк двинулся дальше и вышел на реку Эльбу, где встретились на мосту с союзниками. Солдаты и офицеры американской армии встретились, как родные братья. Хотя один другого понимали плохо, но общая радость переполняла сердца общей Победой. До 1950 года служил в Германии. Демобилизовался. Все трудовую деятельность проработал мастером в леспромхозе, глав. инженером. Уволился в 1986 году с выходом на пенсию.
Был женат, вырастил троих детей с женой Агнией Тимофеевной. Старший сын Александр живет в Подмосковье и трудится на мебельном комбинате в должности гл. энергетика. Средний сын военный в отставке Иван и мл. дочь Римма, ведущий технолог на мебельном комбинате под г. Ижевском. Трое внуков и три правнука. Дед Виталий посвятил последние годы своей жизни воспитанию подрастающего поколения. В школах и на торжественных митингах вел беседы о патриотическом воспитании молодого поколения.
К 70 – летию Великой Победы, дети внесли сведения об отце в книгу Памяти.
Огородников Михаил Кузьмич
(автор статьи Новикова Ирина, студентка Д-22 группы
«Дошкольное образование»), 2019-2020 гг)
Накануне славной годовщины - 75-летия Победы советского народа я хочу рассказать о своём прадеде Михаиле Кузьмиче Огородникове.
Родился он в 1923 году в деревне Воронино Шарыгинского сельсовета Пижанского района в крестьянской семье. Когда началась война, его призвали в армию. Попал на Ленинградский фронт связистом 36 танковой бригады 11 танкового полка. Защищал город на Неве. Он вспоминал, как однажды бойцы увидели неподалёку от укрытия убитую лошадь. Вот и пропитание. Самым молодым в коллективе был мой прадед, его то и послали сослуживцы отрезать кусок мяса. Он взял нож и пополз, а немцы, тем временем смекнули, что русские попытаются добраться до лошади и начали обстреливать. Так и не получилось в тот день сытно поесть.
Под Ленинградом прадед был ранен и попал в госпиталь, расположенный в подвале табачной фабрики им. Клары Цеткин. После лечения вернулся в строй. Довелось ему тянуть телефонную связь через Днепр. Было очень холодно. А он, переплывая широкую реку, восстанавливал линию. Еле выжил в ледяной воде. За это получил орден Красной Звезды. В наградном арсенале есть медали "За отвагу", "За победу над Германией", "За освобождение Варшавы".
Однажды, когда он уже служил радистом на танке, послали его с термосом на полевую кухню за обедом экипажу. Вернулся - на месте танка только воронка, а вокруг: где нога, где рука сослуживцев. Пока ходил, случился обстрел, и никто после него не уцелел. После трех ранений- ноги и головы- остался жив.
В 1945 году, как отличному воину, Михаилу Кузьмичу доверили участвовать в параде Победы в Москве на Красной площади. После войны работал электриком в городе Лейпциге. Побывал в Карелии, Архангельске. Потом судьба забросила его в Омутнинский район: сначала в Крутой Лог, потом в Омутнинск.

Панькина Кристина
Д-32 группа

Кислицына Марина
Д-22 группа

Волоскова Екатерина Ш-25 группа

Васильева София Д-12 группа

Позняк Вероника и Светлакова Валентина
Д-42 группа

Шутова Валентина Ш-15 группа

Селукова Алина Ш-15 группа

Турунцева Юлия Ю-24 группа

Балобанова Анастасия Д-32 группа

Рылова Ульяна МС-11 группа

Брошюра «Живая память»
75-летию Великой Победы посвящается...
КОГПОБУ «Омутнинский колледж
педагогики, экономики и права»
Адрес редакции:
г. Омутнинск, ул. Воровского, 3. Тел. 2-17-32
Редактор: зав. Музея истории колледжа, педагог-организатор Патракова О.И.
Дизайнер: Салтыков А.А.
Наш сайт: Педколледж.рф

2020г.

#